исторические вехи Донбасса
В американском фильме «Король Артур», вышедшем в 2004 году, все начинается с карты Украины. Точнее – с карты тех мест, где сейчас находится Донбасс. Отсюда, по версии авторов сценария, двинулись в сторону Британских островов будущие придворные кельтского короля, которого, вполне вероятно, и не существовало никогда. И эти люди, жившие в донецких степях, стали одними из зачинателей западной цивилизации.
Помню яростный спор с одним из старожилов Семеновки. C пылом, достойным Марата, он старался доказать, что Сенной рынок в городе был на месте нынешнего Крытого, и все попытки указать другое местоположение объявлял ересью похуже манихейства. Многие люди, напротив, считают, что Сенная площадь – это прежнее название площади Ленина, и рынок находился там же. В надежде устранить закостенелую путаницу на ровном месте, мы предпринимаем очередную попытку собрать камни.
...Склоны Дурной балки, поросшие всем тем, чем у нас покрываются обычно склоны, если им позволить свободно развиваться. Иногда целый день пройдет, пока человеческая фигура мелькнет на склонах. Зайцы и суслики мелькают чаще, но от них природа не ждет подвоха. Человек – другое дело. Рано или поздно найдется такой, который придет и изменит все. Ага, вот кто-то появился на пыльной дороге, падающей в балку с запада… Нет, от него подвоха ждать не стоит – это обычный сонный крестьянин, везущий на Смолянку мешки с чем-то. Там уже есть жизнь, и есть потребители. А здесь, в Дурной балке – пока ничего. Природа может спать дальше…
Вы, может быть, и не догадываетесь, но расположение легендарной Атлантиды известно. Исчезнувший континент, описанный Платоном, находился между нынешними Сардинией и Балеарскими островами. «Расшифровал» его донецкий ученый Александр Петрович Черных. По крайней мере, версия Черных является доказательной. В основе ее – строгий метод, который может показаться немного эксцентричным, но есть у него странное свойство: он все объясняет! Если, конечно, принять на веру его главный принцип.
В Сталино проспект Ильича назывался Макеевским шоссе. Нетерпеливые дончане никогда не могли выговорить полного названия – сокращали до Макшоссе, с тем и жили. Главная дорога в соседнюю Макеевку пролегала по бывшей территории Области Войска Донского, по самой независимой донецкой земле. К моменту воцарения Владимира Ивановича Дегтярева от калиновской вольницы мало что осталось.
Идя по улице Ионова к металлургическому заводу (или от него), дончанин вряд ли задумывается, в честь кого это все. А на самом деле, Алексей Васильевич Ионов - донецкий журналист и писатель.
Наиболее холодная зима за всю историю метеорологических наблюдений в Донецке отмечена в 1935-1936 гг. Именно тогда был достигнут абсолютный температурный минимум в черте города – минус 33,5 градусов Цельсия.
Если долго идти в каком-то направлении, непременно найдешь что-то интересное. Листая подшивку «Социалистического Донбасса» за 1952 год, я открыл номер за 19 декабря – и увидел знаменитую статью инженера К. Захаренкова о кузнеце Мерцалове. Да, то самое начало истории «пальмы Мерцалова», которая в итоге привела к таким фундаментальным последствиям. До Захаренкова и о пальме в городе, похоже, давно забыли, а уж о Мерцалове и вовсе никто не знал. То есть – почти никто. Захаренков нашел тех, кто все-таки помнил…
Чем жил наш город в 1967 году, когда вся страна в едином порыве отмечала 50-летие Великой октябрьской социалистической революции? Вопрос далеко не праздный. В этом году по всей стране усиленно строили, плавили, рубили и рожали. К юбилею каждый должен был сделать что-то особенное. Поэтому закономерно, что в течение незабываемого 1967 года Донецк изменился так, как не менялся ни в один из других годов своей истории.
Такие города, как Магнитогорск или Комсомольск-на-Амуре, всем, что имеют, обязаны первой пятилетке. Курс на индустриализацию вызвал их к жизни, как заклинание старика Хоттабыча. У города Сталино – другая судьба. Его рождение – дело рук другого фокусника, оборотистого мужичка с британскими корнями. Но и для города Сталино индустриализация стала переломным моментом развития. На глазах изумленных юзовцев, переживших революцию и гражданскую войну, произошла смена названия и бешеный, ни с чем ни сравнимый приток населения. В 1941 году город Сталино вошел в пятерку самых крупных населенных пунктов Украины и уже никогда не выходил оттуда. За двадцать лет из сопливого подростка город превратился в здоровяка-акселерата, на которого с опаской и уважением смотрели окружающие.
Известно, что первые стачки (и экономические, и политические) в нашем городе произошли на Рутченково. Но даже в самые баламутные годы на поселке встречались люди, которые горели не на баррикадах, а на работе. Из поколения в поколение передается легенда о паровозном мастере Федоре Гутине. В июне 1905 года на станции возникла проблема: поломался паровоз, заблокировал движение. Как его убрать с путей, никто не мог придумать. И тогда Гутин, признанный силач, закатал рукава, поплевал на ладони и… затолкал паровоз в тупик! Гордость за наших титанов-предков несколько снижается обстоятельствами смерти Гутина. Она последовала два года спустя под колесами поезда. Легендарный мастер, как сообщается, «был в сильном опьянении»…
В последние дни 1958 года была сдана в эксплуатацию шахта «Ветка-Глубокая», известная всему миру как шахта имени Засядько.
Листая пыльные страницы, нашел ответ на вопрос, глодавший меня два с половиной года. Когда в Донецке был дан первый общегородской фейерверк?
Юзовку стали воспринимать как город задолго до 1917 года. Во всяком случае, на обороте фотографии, где изображен мой прадед Степан Лаврентьевич со своими то ли коллегами, то ли друзьями (три молодых щеголя-маркшейдера с тонкими офицерскими усиками) написано чьей-то рукой: «Городъ Юзовка, 1911-й г.». Оно и понятно: к тому времени «заводской поселок» имел почти все, что требовалось городу. Обзаводился он этими необходимыми атрибутами постепенно. Давайте посмотрим, как делались некоторые из шагов, превративших поселок в город.
Вопрос о появлении в нынешнем центре города железнодорожной станции "Товарный двор" пока что окутан завесой странной тайны. Приподнимем ее с помощью документов "Екатеринославскаго Губернскаго Земскаго Собранiя", как оно называлось в 1895 году.
Это был один из двух кинотеатров города, носивших печать технической эксклюзивности. Сюда ходили все, хотя добраться до "Кристалла" было не всем легко. Посещение "Кристалла" рождало какие-то особенные ощущения, понять которые может только тот, кто не боится потерять лишние полчаса жизни. Просто так. Потому что жизнь не для того придумана, чтобы скупо пересчитывать каждую ее минуту.
Школьникам советских времен историю родного города преподавали не слишком тщательно. Можно сказать, вообще не преподавали. С легкой руки неизвестно кого, утвердилось представление о Донецке как о городе без интересного прошлого (хотя и со славным настоящим). Но были вещи, о которых знал каждый школьник. Например, о тотальных разрушениях времен Великой Отечественной войны. Утверждали, что в центре города уцелело только два здания: гостиница «Донбасс» (потому что там было региональное управление гестапо) и дом на пересечении нынешних Университетской и Богдана Хмельницкого (по непонятной причине).
В 1957 году Никита Сергеевич Хрущев посетил практически родной Донецк. Кульминацией пребывания генсека стала речь на центральной площади города. Со второго этажа здания обкома партии (изначально – Окружком, ныне – Ворошиловский райисполком) он вышел на балкон (второй этаж здания). Начался импровизированный спич, на которые был так горазд Никита Сергеевич. Коснулся продовольственного вопроса. Глава страны в своем стиле кричит собравшейся внизу публике: "А что, земляки, как с питанием". В ответ - невразумительный разнобой. Желая конкретизировать, Н.С. вновь горланит: "Мясо есть?" "Есть!" - следует достаточно единодушный ответ. "А картошка?" - допытывается настойчивый Н.С. "Нету!" - почти столь же согласно ревет публика. "Нету?" - переспрашивает глава. - "Ну тогда спрашивайте с Казанца! Донбасс должен хорошо питаться. Когда я здесь жил, еду возили возами и все было".
После войны разрушенный Сталино надо было восстанавливать, по сути, заново. Требовался новый генеральный план развития города. Лучшие градостроительные умы под чутким партийным руководством поднатужились – и родили проект. Но без утверждения в высших инстанциях это была просто бумажка. И пошел план по инстанциям. Как думаете, кто поставил решающую подпись? Незабвенный Лаврентий Павлович Берия! Он в формате заместителя председателя Совета министров СССР отвечал тогда за «режимные» территории. А Донецк был режимным городом – без вопросов!
С помощью невероятного энтузиаста Павла Белицкого мне удалось ответить на вопрос, мучивший меня с детства: сколько раз во время Гражданской войны Юзовка переходила из рук в руки? Но не буду портить интригу вдумчивому читателю. Предлагаю ему посчитать самому. Вот вам хронология событий гражданской войны в Юзовке и окрестностях. Для того, чтобы легче было воспринимать ход истории, упомянуты также ключевые события более широкого значения. Итак...